В Москве всемирный чемпионат борьбы устраивался в конце 1908 года по
инициативе И. В. Лебедева («дяди Вани»). По образованию
юрист, Лебедев оказался очень хитрым дельцом. Пользуясь исключительной
любовью зрителей к чемпионатам борьбы, он бросил свою основную
профессию, стал заниматься спортом. Одновременно Лебедев стал
журналистом и много писал о борцах и проводимых чемпионатах. Ради
личной наживы он ввел на цирковой арене жульнические проделки и обман
зрителей.
Против прямого обмана и жульнического надувательства зрителей открыто
выступал Поддубный. Резко возражал против обмана и Кащеев. Он заявил,
что будет участвовать в Лебедевском чемпионате лишь в том случае, если
его противники будут бороться с ним честно. Лебедеву ничего другого не
оставалось делать, как согласиться, так как он видел, что участие этого
выдающегося борца привлечет к его чемпионату много зрителей. И он не
ошибся. Москвичи вскоре полюбили Гришу Кащеева. Его портреты
выставлялись в витринах московских магазинов, а отчеты о его схватках
перепечатывались многими газетами.
Деньги плыли в руки Лебедева. Со временем он нажил огромное состояние.
В Московском чемпионате Кащеев получил третий приз. Первый получил Заикин, а второй — Шварц.
В начале января 1909 года спортивным дельцом, издателем журнала
«Спутник спортсмена» В. И. Мейером был устроен в
Михайловском манеже всемирный чемпионат и матчи французской и
русско-швейцарской борьбы. В матчах участвовали Кащеев и Поддубный, а в
состязаниях — Заикин. В борьбе принимали участие Спуль,
Крестьянинов, великан Бредучий, Шнейдер, Миллер, Бамбула, Дирикс Понс,
Рейбер, Олаф Андерсон, Винтер, Ноло, Мадрали, Амалю, Вилли Чезе и
многие другие. По своему составу чемпионат был наиболее сильным, чем
все ранее проводившиеся в Петербурге состязания.
Посмотреть схватку великана Кащеева с чемпионом мира Поддубным желали
все любители спорта. Билеты в цирк были на расхват, у кассы толпились
длинные очереди.
В день первой встречи Кащеева с Поддубным нельзя было пройти в манеж,
все места были заняты, стульев недоставало, люди стояли в дверях,
коридорах, проходах.
В манеже были шефы и покровители атлетического общества—великие
князья, гвардейские и морские офицеры, писатели, репортеры газет и
журналов и другие любители спорта.
При выходе на парад борцов, впереди которых шли Кащеев, Поддубный и
Заикин, раздались такие громкие лплодисменты, что их было слышно на
Невском. Это аплодировали русской силе, храбрости и хладнокровию, какие
были проявлены Поддубным, Кащеевым и Заикиным в Париже во время мировых
состязаний в 1908 году.
Началась борьба. Кащеев и Поддубный обменялись рукопожатиями. Поддубный
первый бросился в наступление, но Кащеев отразил атаку и бросил
чемпиона мира на бок. В цирке воцарилась тишина, взоры устремились на
ковер. Поддубный немедленно поднялся на ноги и задним поясом уронил
Кащеева на ковер.
Кащеев сделал быструю перекатку, и Поддубный не успел опомниться, как
попал в медвежьи объятия Гриши, навалившегося на него всеми своими
десятью пудами веса.
Поддубный вывернулся, схватил Кащеева за руку и голову и перекинул через плечо. Кащеев не остался в долгу и
боковым поясом перекинул Поддубного на спину. Поддубный успел сделать
мост, быстро встал на ноги, захватил правую руку Кащеева, ухватился
другой за голову и через спину уронил великана на ковер. Это было
сделано так быстро и так красиво, что зрители наградили Поддубного
громовыми аплодисментами.
Кащеев успел увернуться от верного поражения и поставил Поддубного в
положение партера, а затем вынудил лечь на живот. Однако сколько он ни
силился, но не мог оторвать Поддубного от ковра.
Борьба длилась более полутора часов
Поддубный поймал Кащеева за горло и стал перевертывать через плечо. Кащеев
лег на живот, Поддубный ухватился под мышки и стал перегибать Кащеева
на спину. Гриша не поддавался, мускулы его напряглись до предела, но
вырваться из объятий Поддубного он не мог.
Поддубный прижимал Кащеева к ковру все сильнее и сильнее. Одна лопатка
была уже на ковре. Неожиданно Кащеев громко охнул и с искаженным от
боли лицом рухнул на бок — не желая того, Поддубный вывихнул
ему руку.
Судья дал звонок и прекратил борьбу.
Врачи оказали Кащееву медицинскую помощь и. запретили ему бороться до
полного выздоровления.
Через несколько дней состязание из манежа перевели в Новый цирк, но
интерес к борьбе из-за отсутствия Кащеева значительно ослаб.
Больного Кащеева навещали товарищи и желали ему скорейшего
выздоровления.
Однажды к Кащееву явился земляк — знаменитый русский художник
В. М. Васнецов, кистью которого были написаны бессмертные
«Три богатыря». Васнецов долго беседовал с Кащеевым
и уговаривал беречь свою силу и здоровье.
— Будем в Вятке, встретимся, — пожимая здоровую
руку борца, сказал на прощанье художник.
Лебедев, зная о вывихе Гришиной руки, вздумал на этом спекульнуть и
публично через прессу вызвал его на борьбу на приз 100 рублей с одним
из его учеников Винтером или Спулем. Кащеев отверг предложение
Лебедева, написал об отказе в редакцию спортивных журналов и уехал в
Уфу лечиться.
В
первых числах марта он возвратился в Петербург и включился в чемпионат
борьбы в Новом цирке. Рука у него вылечилась, но подвижность ее была
уже не та, чти прежде, и меньше стало силы, чем у здоровой.
Петербургские любители спорта, узнав о выздоровлении Кащеева, вновь хлынули в цирк.
В
первый день борьбы Кащеев под оглушительные аплодисменты и возгласы
одобрения в 1,5 минуты без особого труда у'ложил французского борца
Ноло.
Через четыре дня после этого Кащеев вновь встретился с чемпионом мира
Поддубным. Как и в манеже, схватка богатырей протекала при переменных
нападениях и через тридцать минут закончилась вничью.
И только в
решительной схватке он проиграл Поддубному. Больше поражений у него не
было. Он одержал победу над Миллером, Шнейдером, Дириксом Понсом,
Рейбе-ром, Вилли-Чезе, Олафом Андерсоном и другими сильнейшими борцами
мира.
